лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив

лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив

ЖЕМЧУЖНЫЙ ОРДЕН

Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив. Ко всем он привязывался по пустякам, гонял беспричинно по второстепенным заданиям и находил массу самых различных причин, чтобы придраться. Хорошо еще, что весь день прошел в лихорадочном приготовлении к вылазке в Каррангарры. По этой причине на командира никто особо не обижался, всем не терпелось поскорей отправиться на настоящее дело. Ведь сидеть в библиотеке и вдыхать прогорклую пыль истории было сущим наказанием.

Встречаясь с принцессой, Кремон вел себя подчеркнуто вежливо и вызывающе безразлично – словно она точно такой же член отряда, как и все остальные. Элиза в ответ вела себя лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив точно так же, ни одним словом или жестом не напоминая о событиях вчерашнего вечера. Скорее всего, такую тактику поведения она выбрала заранее и старалась ее придерживаться по одной ей известным соображениям.

К вечеру все необходимое снаряжение было готово, людей отпустили на отдых еще до ужина, и вот тогда, оставшись с Невменяемым наедине, Бриг Лазан поманил его в маленькую, полутемную комнатку.

Удивленный такой таинственностью, молодой колдун заволновался:

– Что‑то случилось?

– Да нет, пока ничего такого, – заверил асдижон. – Просто у меня тут скопилась добавочная информация, но узнать о ней желательно только тебе.

– Я весь внимание.

– Это касается твоего ордена.

– О! Ты бы знал, как лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив мне надоело таскать на шее это нелегкое удовольствие. Вдобавок оно неимоверно усложняет мне личную жизнь.

– Да это мелочи, – отмахнулся Бриг и стал рассказывать: – С самого начала эти ордена являются переходящими. Тебя просто не проинформировали, что после смерти носителя они опять возвращаются в сокровищницу. Всем известно – Жемчужных Ромбов всего пять. Причем за всю историю ты первый Эль‑Митолан, удостоившийся подобной награды. Но я тут заглянул в один древний справочник и вычитал, что возраст орденов неизвестен и, судя по всему, они являются некими артефактами древних.

– Здорово! – обрадовался Кремон, одновременно ощупывая висящий на груди орден. – И какие он имеет лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив свойства?

– Ха! Вот тут и кроется самая большая загадка. Никто ничего не знает. И никаких намеков в исторических описаниях я не встретил. Да и раньше мне никогда не удавалось орден даже в руках подержать. А ведь так интересно узнать…

– Конечно, интересно. Но что ты предлагаешь?

– Давай отправимся ко мне домой и совместными усилиями попробуем покопаться в твоем ордене. Согласен?

– Мог бы и сразу пригласить, не затаскивая меня в этот чулан.

– Не хотел, чтобы кто‑нибудь подслушал, что орден – изделие древних. Скорее всего, он уже давно истратил свою магическую энергию и представляет собой лишь ювелирную ценность, но, возможно, имеет некий секрет лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив.

– Согласен, секреты лучше пусть таковыми и остаются.

После этого Кремон приказал своим телохранителям оставаться в апартаментах, а сам отправился к асдижону якобы на ужин. Жилище Лазана имело жесткий охранный контур, за который не могло проникнуть ничье отделенное сознание, и оба колдуна, наскоро перекусив, сосредоточили все свои усилия на разгадке тайны доисторического ордена. Часа три они безрезультатно бились над решением этой задачки и в конце концов признали свое безоговорочное поражение.



– Не работает!

– Может, он никогда и не работал…

– Или мы с тобой неучи в знаниях о тайнах мироздания.

– Не иронизируй. Может, и древние его использовали как украшение.

– С такими лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив острыми углами и таким весом?

– За тысячелетия вкусы могли измениться.

– Вряд ли наши предки были тупее нас…

Еще с минуту подумав, допивая вино, оставшееся после ужина, Кремон осторожно предложил:

– А что, если попробовать расплавить это белое золото?

– Ты что?! Хочешь лишить королевство уникального ордена? Чем потом будем награждать героев?

– Ха‑ха, так ведь и награждать больше не за что! Последнего Сторожа уже на чучело разделывают.

– Мало ли за что. За то, что отыщет Утерянный Путь, например. Или покорит и присоединит к Спегото Зачарованную Пустыню.

– Да у вас энормианские планы! – в шутку воскликнул Кремон, но асдижон ответил вполне серьезно:

– Но ведь лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив земли‑то ничейные. А вдруг удастся преодолеть “блестящую смерть” на границе. У нас работы ведутся постоянно, да и ваш король держит на смежном с Пустыней участке огромную постоянно действующую экспедицию.

– Само собой. И возле Гиблых Топей подобные работы ведутся. Тут дело даже не в свободных землях. Разгадать этот уникальный феномен нашей планеты – мечта любого исследователя.

Асдижон повернулся к висящей на стене карте мира и задумчиво добавил:

– Все‑таки территория у Зачарованной Пустыни немаленькая… И за нее могут схлестнуться и драконы, и бароны.

– А про Чингалию забыл?

– Да те вообще утверждают, что территории Зачарованной Пустыни являются их исторической родиной.

Оба колдуна весело лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив рассмеялись и стали прощаться, по пути к двери вспоминая и всех остальных претендентов на ничейные пространства:

– Морское королевство утверждает, что в древности оно располагалось на берегах всех центральных морей.

– Менсалонцы настаивают, что свои деревья Поднебесного сада они вывезли в давние времена именно из Зачарованной Пустыни – при неожиданной и спешной эвакуации.

– Ага! И султаны Онтара постоянно доказывают, что в центре тех земель у них находится великая святыня.

– Самое смешное, что и у колабов есть легенда, по которой именно в тех местах они построили самый великий и красивый доисторический город.

– Откуда ты знаешь? – засомневался Лазан.

– Не веришь? Ты лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив бы знал, как мне повезло и сколько древних фолиантов удалось перечитать. Так что порой путать начинаю, откуда, из какой книги у меня в черепушке информация осталась.

Уже возвращаясь дворцовыми коридорами к себе, Невменяемый размышлял:

“Как бы отреагировал Бриг, узнав о том, что мне удалось сотворить в Ледонии? А в Гиблых Топях9 Может, подкинуть ему рисунок великого водопада в Сорфитовых Долинах и посмотреть на его реакцию? Точно, так и сделаю! Вложу в какой‑нибудь самый пыльный фолиант, и пусть кто‑нибудь нечаянно листок обнаружит. Хотя… Все это детские шалости. А вот предстоящая вылазка – дело серьезное. Надо бы хорошо выспаться…”


documentaasubjd.html
documentaasuitl.html
documentaasuqdt.html
documentaasuxob.html
documentaasveyj.html
Документ лава 15. Весь последующий день Невменяемый был хмур, зол, раздражителен и невежлив